 | | |
Типичный ответ гордого человека, решившего осилить Святое Писание, опираясь только на свои личные знания, свое восприятие боговдохновенных текстов. Путь, который характерен как для первых ересиархов, так и для нынешних отрицателей двухтысячелетнего практического богослужебного, исторического и жизненного опыта христианства.
У каждого из нас есть любимые книги, мелодии, фильмы и, взрослея, мы постоянно находим в них новые, ранее не известные нам особенности и красоты. Любимая книга, прочитанная еще в обязательной школьной программе и взволновавшая наш подростковый ум, через несколько лет воспринимается уже по-иному. В годы зрелости мы находим в ней новые мысли, иные красоты, другие характеры. Так и должно быть. Жизненный опыт меняет наши отношения и взгляды, заставляет по-другому воспринимать то, что ранее казалось абсолютно ясным и понятным. Но есть еще один фактор, который очень часто не учитывается. Это наша греховность.
Солнечный свет, проходя через препятствие, преображается и преломляется. Солнце остается тем же, а его лучи, коснувшись кривого зеркала или запыленного грязного стекла, становятся другими, изменяются. Так и наша душа: чистая и непорочная в детстве, с прожитыми годами она покрывается струпьями греха, которые все больше и больше отдаляют от нас искренность, непосредственность и безоблачность отношений. Божья роса в сердце человека, называемая просто и конкретно совестью, уже не видна за практицизмом наших действий, направленных только на ублажение тела и чувства.
Вспомните: «Молодой был, что я понимал?!» или сокрушенное «Эх, молодой да не опытный!»
Когда так говорим? Когда хотим подчеркнуть свою былую непрактичность и отсутствие понимания «проблем житейских». О том же, что это умение «жить» напрочь убило в нас чистоту душевную, не задумываемся. Мы уже не можем просто любить, совершенно искренне смеяться, безоглядно восхищаться и безобидно злиться. В голове постоянно работает ограничитель: «насколько мне это выгодно?» или «как я со стороны выгляжу?» Именно боязнь нанести вред своему телесному состоянию ведет и к самому тяжелому состоянию человека: «будь как все». Все должно быть не хуже чем у других, а если и лучше, то не намного, дабы не выделяться чересчур.
Человеческая индивидуальность — драгоценное различие каждого — теряются в повседневной обязаловке: недоговаривать, лукавить, подстраиваться, делать не то, что присуще лично тебе, а то, что нужно «общепринятым» понятиям и отношениям. Мир же, как известно, во зле обретается и, подчинившись полностью его законам, мы все дальше и дальше уходим от светлого луча истины, от Бога. Поэтому и тускнеют краски великих картин, уже не слышны те звуки, которые заставляли нас раньше плакать. А в характерах книжных и киношных героев все чаще видим не искренность и открытость, а наивность и отсутствие практичности.
Как будет воспринимать современный прагматичный человек, поглощенный заботами мира, Книгу книг? В лучшем случае, как памятник старины глубокой, как сборник сказаний и легенд. Но не более того. Душевность при чтении может быть и проявится, но вот духовность, главное бессмертное качество, вряд ли сможет пробиться из облепленного грехами сердца.
Мы регулярно моем свое тело, ублажаем его мазями и кремами, следим за каждым прыщиком и припухлостью. Это надо делать, дабы жить полноценной мирской жизнью. Но ведь не просто так повторяем мы библейские слова: «Не хлебом единым жив человек»! Так отчего же щемит наше сердце, слыша колокольный звон, или курлыканье улетающих журавлей? Божье начало пробивается из глубин душевных, куда мы его затолкали. Поэтому и говорится в молитве Господней: «Не введи нас во искушение», то есть не дай нашей свободной, Тобой данной воле, поступать независимо от Тебя и Твоей любви.
Апостол Иаков пишет: «Никто не говори: Бог меня искушает; потому что Бог не искушает злом, и Сам не искушает никого». Бог попускает грех, чтобы не сковывать нашей свободы. Беда только в том, что очень часто эта свобода — путь следования греху. Она и заводит в житейский тупик. Поэтому и просим мы Спасителя удалить нас от таких случаев в жизни (искушений), которые приводят ко греху.
Почему же трудно понять эти библейские слова? Почему пришедший к храму, но не вошедший в него «исследователь» Библии не удовлетворился этим объяснением? Всего лишь потому, что понимать ее он хочет с точки зрения практической душевности и мирских забот дня сегодняшнего. Именно так, как сделали это когда-то родоначальники современного протестантизма, не заметив, что, отбросив духовный опыт подвижников веры и благочестия, они лишились средств, которыми можно очистить сердце от струпьев греха.
Не прибегая к исповеди и покаянию, невозможно понять чистоты Божьих откровений. Через греховную призму своей души, субъективность собственного мышления и зашоренность мирскими проблемами, понять истинный смысл библейских текстов очень трудно. С чистыми руками хирург приступает к операции — как же можно приступать к толкованию слов Бога с грязным сердцем?
Ведь плакал когда-то ветхозаветный пророк Давид, видя множество грехов своих! И главным его воплем-просьбой был не только крик о прощении, но и просьба очистить сердце от греха: «сердце чисто созижди во мне Боже, и дух прав обнови во утробе моей». Понимал пророк, что только чистое сердце может принять в себя Бога...
Способы постижения чистоты сердечной дают нам те святители, праведники, преподобные, мученики, которых мы называем подвижниками веры. Именно они своим практическим опытом благочестия и жизни с Богом указывают дороги и способы познания боговдохновенных истин. Поэтому, открывая Библию, знай: непонимание ее зависит не от уровня твоих знаний, а от чистоты твоего сердца. И если трудно понять и осилить, то не мудрствуй лукаво, а обратись к тем, кто своим подвигом святости постиг премудрость Божию. |
